краткость сестра
23:52
Слова и другие истории
«Это — самое общее слово на свете». Ленин так говорил... он много чего говорил, обо всем на свете очень обще.
Надо бы всё для людей, а у нас всё для народа.
По радио играет что-то изумительно-таинственное. В другое время и в другом состоянии я бы выключил, отрецензировав «в тоску вгоняет», а сейчас хочется ещё и ещё...
«Человек за свою жизнь должен увидеть как можно больше красивых слов» — всё никак не идёт из головы эта твоя фраза...
В идеографических словарях запечатлевается кусок действительности. Открываешь его — а там рабочий цех, пустой, серый, или жилая комната, потускневшая, но всё ещё жилая...
Каково это — стоять на тесной полке, обнимая, оберегая вложенный цветок, сухой, мёртвый, уродливый, оставленный на память и забытый, кажется, никому не нужный. Чтобы однажды кто-то открыл тебя, найшёл его и испугается: «Господи, как же давно это было!..»
Нет ничего ужаснее сухих цветов.
Надо бы всё для людей, а у нас всё для народа.
По радио играет что-то изумительно-таинственное. В другое время и в другом состоянии я бы выключил, отрецензировав «в тоску вгоняет», а сейчас хочется ещё и ещё...
«Человек за свою жизнь должен увидеть как можно больше красивых слов» — всё никак не идёт из головы эта твоя фраза...
В идеографических словарях запечатлевается кусок действительности. Открываешь его — а там рабочий цех, пустой, серый, или жилая комната, потускневшая, но всё ещё жилая...
Каково это — стоять на тесной полке, обнимая, оберегая вложенный цветок, сухой, мёртвый, уродливый, оставленный на память и забытый, кажется, никому не нужный. Чтобы однажды кто-то открыл тебя, найшёл его и испугается: «Господи, как же давно это было!..»
Нет ничего ужаснее сухих цветов.